Пока бизнес-империя словенского олигарха рушилась, его банковские счета пополнялись миллионами

Когда Словения добилась независимости от Югославии в 1991 году, эта бывшая социалистическая республика приватизировала госактивы — каждый гражданин получил ваучер, чтобы, к примеру, вложить его в горстку успешных компаний, которые работали тогда в стране.

Правительство учредило «авторизированные инвестиционные компании», где словенцы могли формировать пакеты из своих ваучеров. Затем инвесткомпании меняли ваучеры на доли в приватизируемых предприятиях. Со временем многие из инвесткомпаний объединились, став сильными финансовыми группами под управлением новых словенских капиталистов.

Одним из «продуктов» той эпохи был Дарко Хорват, чья Aktiva Group сделала его одним из богатейших людей Словении.

Когда когорта его специальных инвесткомпаний стала оперировать глобально, он перевез семью в Великобританию, а словенскому финансовому ежедневному изданию в 2002 году признался, что хочет сделать Aktiva «по-настоящему транснациональной».

Однако десяток лет спустя его погрязшая в долгах коммерческая империя развалилась, и почти сто миллионов евро из карманов налогоплательщиков пришлось бросить на покрытие ее долгов. Хорват оставил свой бизнес в 2009 году и исчез из публичной сферы. Впрочем, он остался далеко не без гроша.

Утечка отчетов о подозрительной активности (SARs — Suspicious Activity Reports), которые банки подают в Сеть по борьбе с финансовым мошенничеством (FinCEN — подразделение Минфина США), показала, что с декабря 2011-го по ноябрь 2016 года как личные счета Хорвата, так и счета связанных с ним структур участвовали в трансакциях на сумму 48,2 миллиона долларов.

Похоже, часть этих денег поступила от компаний, имевших отношение к его бизнес-империи. Доля финансового бремени из-за краха Aktiva легла на плечи словенских налогоплательщиков — правительству пришлось помогать деньгами банкам, которым сильно задолжала главная компания Хорвата, известная тогда под названием Aktiva naložbe.

Филиал Barclays Bank в Нью-Йорке подал SAR, в котором указал на сомнительное происхождение этих платежей. В банке отметили, что в 2015 году Хорват официально числился «самозанятым с годовым доходом примерно в 600 тысяч евро».

🔗About This Investigation:

Расследование «Файлы FinCEN» 16 месяцев вели Международный консорциум журналистов-расследователей, портал BuzzFeed News и 400 журналистов в 88 странах, включая журналистов OCCRP и его партнерских центров.

В основу расследования легло более 2100 конфиденциальных уведомлений о подозрительных финансовых операциях, представленных в ведомство финансовой разведки США — Сеть по борьбе с финансовыми преступлениями (FinCEN). Материалом для расследования также послужили другие документы и десятки интервью.

Хотя SAR — это не заявление о криминальном деянии, банки в таких отчетах уведомляют финансовую разведку США о том, что они зафиксировали трансакции, которые могут оказаться «проблемными».

В нашем случае SAR указывает, что Хорват сумел сохранить капиталы, в то время как простые словенцы частично оплатили расчистку финансовых завалов после крушения его бизнес-империи. Более того, как сказано в этом SAR, гибралтарская компания, когда-то связанная с Aktiva Group, переводила деньги на его личный счет для оплаты некоего кредита.

Компенсировать потери

Информация, всплывшая в «Файлах FinCEN», может стать основой попыток юридическими средствами вернуть деньги инвесторам, которые вложились в Aktiva. Об этом говорит Кристьян Вербич, глава Всесловенской ассоциации акционеров.

До настоящего времени не было известно о 48,2 миллиона долларов, которые прошли через личные счета Хорвата и счета связанных с ним структур. Как рассказал в интервью Вербич, его организация теперь обязана выяснить, следует ли рассчитывать на упомянутые в SAR деньги для выплаты компенсаций почти 80 тысячам миноритарных акционеров, которые потеряли свои инвестиции, когда их выдавили из Aktiva.

Эти мелкие инвесторы оказались жертвой «выдавливания» — этот термин применим к случаям, когда держатели контрольного пакета компании используют противоречащие этике приемы, чтобы заставить мелких акционеров продать свои бумаги.

По словам Вербича, его ассоциация через переговоры добивалась лучших условий мирового соглашения. Однако новые данные о тайном получении Хорватом денег от проблемной компании могут говорить о том, что миноритарные акционеры на самом деле стали жертвами мошенничества.

«В данном случае мы практически наверняка можем инициировать разбирательство, чего и требует от нас наша миссия, и постараться добиться для этих… обманутых акционеров приемлемой компенсации», — добавил Вербич.

Однако провести новое разбирательство будет нелегким делом, так как нужно будет получить информацию из юрисдикций, известных закрытостью бизнес-сферы. В них Хорват открывал свои фирмы — в частности, в Великобритании.

Такие сложности доказывают необходимость реформировать эти непрозрачные сегменты международной финансовой системы, как полагает Маруша Бабник, эксперт в области справедливого налогообложения из аналитического центра Ekvilib inštitut в Любляне.

По ее словам, следователи, журналисты и другие часто просто вынуждены опираться на информацию из утечек, таких как «Файлы FinCEN», потому, что в некоторых юрисдикциях очень скудная информация о зарегистрированных там компаниях. Подобную секретность поддерживают отдельные банки и юридические фирмы.

«С обнародованием документов из FinCEN мы в очередной раз имеем доказательство того, что нынешние международные финансовые и налоговые системы не работают как надо», — сообщила Бабник в электронном письме. «Во всем мире из-за уклонения от налогов и незаконных денежных операций страны теряют миллиарды долларов в год, и Словения не исключение», — добавила она.

Хорват формально уступил контроль над Aktiva Group в 2009 году, однако некоторые из его многолетних компаньонов продолжили управлять осколками его бизнес-империи — под новыми названиями. Судя по британским корпоративным данным, долю Aktiva в базовой компании, основанной в стране в 2006 году, к сентябрю 2010 года переоформили на зарегистрированную в Панаме фирму Groudle Holdings.

Хорват сторонится публичности, где он сейчас проживает, неясно. Множество попыток связаться с ним через его юридическую фирму, через его клуб игры в поло и провайдеров корпоративных услуг, которыми он пользуется, не увенчались успехом.

В 2018 году один из комитетов словенского парламента пригласил Хорвата дать показания насчет пакетов финансовой помощи от государства, в том числе банку, которым он владел одно время. На слушания он не явился.

Фото: Wakeham / PoloPhoto Дарко Хорват на игре в поло в английском Сайренсестере в мае 2018 года.

Скромное начало

В интервью в 2002 году Хорват сообщил, что открыл Aktiva в 1989 году, имея лишь 1200 долларов стартового капитала — деньги ему в долг дала его мать Мирка. Его инвестиция оказалась удачной. Позднее Мирка Хорват стала владелицей виллы на швейцарском альпийском курорте Санкт-Мориц. В то время, как говорили, вилла стоила порядка 53 миллионов долларов.

К середине 2000-х Дарко Хорват контролировал Aktiva Group из Нидерландов, занимаясь инвестициями в финансовых центрах с «повышенной корпоративной секретностью», таких как Гибралтар, Люксембург и Великобритания. Его личные активы оценивали примерно в 200 миллионов евро, и он считался одним из богатейших словенцев согласно ежегодному списку одного из деловых изданий.

Однако в процессе ликвидации компании в 2013 году (она была в числе ключевых для его коммерческой сети) всплыли долговые требования к нему — более чем на 250 миллионов евро. Потом было уголовное расследование банковских займов Aktiva.

В следующем, 2014-м году начались процедуры банкротства в отношении трех структур из группы компаний Dutch Aktiva. Процедуры банкротства не завершены до сих пор. Голландский конкурсный управляющий Яспер Беркенбош сообщил в отчете в ходе процедуры банкротства, что замысловатая международная структура группы не позволяет установить ее доходы и финансовые обязательства.

В итоге Беркенбош сумел собрать данные о различных финансовых требованиях к компаниям группы на сумму не менее 332 миллионов евро. Конкурсный управляющий сообщил о различных подозрительных действиях, включая уничтожение корпоративной документации, вероятное мошенничество и потенциально незаконную передачу долей собственности.

«Многие сложности трансграничного свойства оказываются весомыми в таких банкротствах. Это мешает точно оценить предполагаемый характер и условия урегулирования банкротства», — написал Беркенбош.

В 2013 и 2014 годах словенские банки передали «безнадежные» кредитные требования, связанные с Aktiva naložbe (к тому моменту компанию переименовали в CG Invest), в Банковское агентство по управлению активами. Это госагентство появилось в 2013 году, чтобы урегулировать неоплаченные банковские долги, зависшие в результате глобального финансового кризиса. Словенцы прозвали агентство «банком плохих долгов».

На вопросы об Aktiva и Хорвате Банковское агентство по управлению активами ответило, что «поддерживает расследование любого дела о возможном преступлении и активно сотрудничает с правоохранительными органами». При этом в агентстве сказали, что «не готовы или не вправе комментировать отдельно взятые расследования».

Банк Barclays направил SAR насчет Хорвата в 2017 году ввиду необъяснимых источников его капиталов, сообщений в СМИ о нем, а также его взаимоотношений с юридической конторой Hassans International Law Firm в Гибралтаре. О ней уже упоминалось в более ранних SARs, очевидно, не связанных с этим SAR, поданным Barclays.

Hassans International Law Firm не ответила на просьбу о комментарии.

Юристы из города на скале

В 2016 году счета, которыми Hassans International Law Firm владела в Barclays Bank, закрыли. Как пояснили в банке, «клиентский счет Hassans функционировал как канал для проведения платежей в роли третьей стороны с целью отмывания денег для многочисленных компаний из высокорисковых юрисдикций, у которых не было явного присутствия в публичной сфере».

Перед тем как счета Hassans закрыли, этот крупнейший поставщик юридических услуг в Гибралтаре, похоже, помог перевести Хорвату и связанным с ним компаниям 39,6 миллиона долларов. Это львиная доля общей полученной ими суммы в 48,2 миллиона долларов, поступившей траншами, которые были восприняты как сомнительные.

Юридическая контора перечислила 5,8 миллиона долларов напрямую на личные счета Хорвата в Великобритании и Швейцарии. Еще 30,3 миллиона долларов ушло через Hassans по поручению фирмы Lynville Services Limited, которая зарегистрирована по гибралтарскому адресу юридической конторы и связана с Хорватом.

Единоличным акционером Lynville Services Limited была структура Line Holdings Limited в Гибралтаре, владевшая AI Services Ltd. AI Services инициировала три электронных платежа на общую сумму 160 тысяч долларов на «счет, держателями которого, как было установлено, выступали Дарко и [его жена] Петра Хорват», — сообщили менеджеры Barclays. В поле для платежной инструкции значилось «погашение займа».

AI Services Ltd. учредили в мае 2007 года как Aktiva International Services Limited. Название компания сменила в марте 2012 года — примерно в то же время, когда произошел «ребрендинг» и других компаний группы Aktiva. Почему компания, связанная с Aktiva Group, должна была отправлять деньги лично Хорвату в счет погашения некоего кредита, неясно.

Также Hassans перевела 3,4 миллиона долларов калифорнийской компании SBJV Holdings LP. В тот период эта компания принадлежала SBJV Holdings GP LLC — еще одной фирме в Калифорнии, управляющим которой числился Хорват.

Был еще один платеж, который банк Barclays не включил в общий список траншей, попавший в SAR. Речь идет о миллионе долларов в 2014 году в адрес Hassans с именем Хорвата в поле назначения платежа. Отправителем был Андреас Хеешен, тогдашний держатель контрольного пакета акций германского производителя оружия Heckler & Koch. В банке решили, что особо рассмотрят этот платеж в отдельном SAR.

Изданию Oštro (партнерский центр OCCRP в Словении) Хеешен сказал, что они с Хорватом друзья. В то время, по его словам, «Хорват занимался продвижением его инвестиций в США и организовывал финансовые вложения с нашей стороны и со стороны других».

Если верить Хеешену, тот перевод должен был оплатить расходы SBJV Holdings GP на «нефтегазовую разведку».

На вопрос, почему тогда он отправил деньги в Hassans, Хеешен ответил, что у него нет под рукой контракта, но он «исходил из того, что Hassans выступала как доверенная структура калифорнийских компаний и затем перевела деньги дальше, в адрес SBJV Holdings GP LLC».

Игра в поло

Одна из причин, почему Хорват стал объектом SAR, был материал Словенского информационного агентства (STA) 2015 года об уголовном иске Banka Celje против него и других топ-менеджеров, которых заподозрили в сознательной невыплате трех кредитов на общую сумму почти 20 миллионов евро. Согласно одному из следственных документов из Словении от 2019 года, полиция закрыла дело в июне того года, так как не смогла разыскать подозреваемых, которые, предположительно, обманули банк.

Однако Офис государственного спецпрокурора Словении до сих пор изучает займы четырем компаниям в Словении, Нидерландах и на Кипре. Кредитные деньги предоставил Factor banka, в котором Хорват входил в наблюдательный совет с 1998 по 2012 год. Вторым по размеру доли акционером банка была Aktiva.

Как сообщили следователи изданию Oštro, они начали собирать материалы из иностранных юрисдикций в июне 2016 года на основании договоров о взаимной правовой помощи, а также стали контактировать с «международными организациями и иностранными структурами».

«Мы ожидали и до сих пор ожидаем информацию из-за рубежа, которая должна ощутимо помочь установить, что тогда в действительности произошло», — сказали в Офисе спецпрокурора.

По словам словенских полицейских, в июне 2017 года они ходатайствовали о возбуждении уголовного дела, подозревая, что пятеро лиц злоупотребили должностными полномочиями при выдаче кредитов различным компаниям на общую сумму 32 миллиона евро. Правоохранители отказались назвать этих людей, объяснив это требованиями конфиденциальности.

Однако госслужащий, просивший не называть его имя, опасаясь неприятностей, сказал, что эти подозреваемые — Хорват, один его давний компаньон по Aktiva, а также три бывших члена правления Factor banka.

Комиссия словенского парламента инициировала проверку, чтобы выяснить детали экстренной финансовой помощи банкам в 2013 году. Целью комиссии было выявить злоупотребления в банковской системе и установить «причины и степень ответственности разных лиц в связи со вторым этапом восстановления банковской системы».

В марте 2018 года парламентская следственная комиссия должна была заслушать показания Хорвата. Однако на слушания он не пришел.

«Он даже не принял повестку с требованием явиться», — дважды в явном недоумении произнес на заседании глава комиссии Анже Логар, нынешний шеф словенского МИДа.

Вполне вероятно, что комиссия могла бы найти Хорвата в Англии.

Через несколько месяцев, в мае 2018-го, Хорвата запечатлели играющим в поло с командой Team Foxcote в британском графстве Глостершир. В своем материале журнал Times Magazine назвал Хорвата тренером команды.

В работе над статьей также принимали участие журналисты Мета Гантар (Oštro), Амра Джонлич (OCCRP), Владимир Петин (OCCRP), Карина Шедровски (OCCRP), Стелиос Орфанидес (OCCRP) и Эйял Абрахами (Shomrim).

Другие материалы по теме

Recent stories

Subscribe to our weekly newsletter!

And get our latest investigations on organized crime and corruption delivered straight to your inbox.