Впавший в немилость саудовский принц купил гражданство Кипра

Попавшие к OCCRP документы говорят о том, что видный представитель старшего поколения в саудовском королевском доме, правительственный советник, оформил для себя и шести членов своей семьи гражданство Кипра по программе «золотых виз».

Принц Сауд ибн Абдулмохсен ибн Абдул-Азиз Аль Сауд подал документы на кипрский паспорт вскоре после того, как его дядя король Салман в 2017 году убрал его с поста эмира провинции Хаиль. «Экономическое гражданство» Кипра можно получить в обмен на инвестиции в остров — не менее двух миллионов евро.

С 2013 года Кипр за деньги дал паспорта примерно четырем тысячам иностранцев, выручив за это более семи миллиардов евро. Это информация из недавнего доклада неправительственной антикоррупционной организации Global Witness.

В Евросоюзе принятую на острове программу «золотых виз» критиковали не раз как малопрозрачный способ стать гражданином Евросоюза. Подчиненное Совету Европы ведомство по борьбе с отмыванием денег (МАНИВЭЛ) прямо говорит, что программа «по самой своей сути уязвима для злоупотреблений».

Подданство Кипра может приобрести практически любой, у кого нет уголовного прошлого и есть необходимые деньги. Судя по официальным цифрам, которые приводит новостной сайт Kathimerini, с января 2013-го по август 2019 года отказ получили лишь 56 соискателей из 2700. Одно заявление можно подавать сразу на несколько человек.

🔗Safe Haven — For a Price

С момента запуска в 2013 году кипрской программой «золотых виз» воспользовались множество лиц из категории «высокого риска», которым требовалось надежно пристроить свои семьи и капиталы.

В октябре 2019 года вышло расследование агентства «Рейтер», в котором говорилось, что кипрскими паспортами обзавелись восемь близких соратников премьер-министра Камбоджи Хун Сена. В частности, речь шла о шефе камбоджийской Национальной полиции, которого в 2018 году Human Rights Watch упомянула в числе функционеров служб безопасности, ставших опорой «негуманного авторитарного режима».

В ноябре 2019 года кипрское ежедневное издание Politis сообщило, что паспорт Кипра в 2015 году получил находящийся в розыске малайзиец Джо Лоу. Прокуратура США считает его организатором аферы глобального масштаба, связанной с хищением 4,5 миллиарда долларов из Суверенного фонда Малайзии (1MDB).

Эти и другие данные заставили власти Кипра признать недочеты в программе «золотых виз». В итоге они решили отобрать паспорта у 26 новоиспеченных граждан. Впрочем, дальше слов дело пока не пошло — по мнению кипрских газет, проблема в том, что нет правовых оснований лишать гражданства, которое получено по этой программе.

Среди прочих, кто приобрел «золотые визы», — российский алюминиевый магнат Олег Дерипаска (кипрский паспорт ему выдали в 2017 году, а в 2018-м он попал под санкции США); разыскиваемые за мошенничество бывшие российские банкиры Владимир Столяренко и Александр Бондаренко; китайский бизнесмен Чжан Шуминь, предположительно, связанный с аферой с золотом, из-за которой несколько банков на северо-западе Китая потеряли миллиарды евро.

В 2019 году средиземноморский остров ввел ограничения: на гражданство теперь не могли претендовать госчиновники или лица, против которых другие страны ввели санкции. Впрочем, к тому моменту Аль Сауд уже давно подал документы.

В документе МВД Кипра от декабря 2017 года (есть в распоряжении OCCRP) сказано, что ведомство «положительно относится» к заявке принца и передаст ее на рассмотрение Совета министров страны.

Хотя Кипр традиционно не раскрывает имена обладателей «золотых виз», официальный представитель правительства острова Кириакос Кусиос дал понять, что прошение принца одобрили. Он отказался сообщить детали, сославшись на требования конфиденциальности. Однако, по его словам, «перед одобрением упомянутой заявки в полной мере проводились положенные процедуры и проверки при непосредственном участии заинтересованных министерств и ведомств, а также Интерпола и Европола».

Принц Сауд ибн Абдулмохсен ибн Абдул-Азиз Аль Сауд беседует с Рагад Курди Таиб, супругой Абдула Таиба Махмуда, бывшего главного министра малайзийского штата Саравак, перед бракосочетанием принца Брунея Абдула Малика. Фото: Reuters/Оливия Харрис

Разлад в королевской семье

C 1932 года Саудовской Аравией правит королевская династия Саудитов. Страна известна не только баснословными нефтяными запасами, но и авторитаризмом. В своем Индексе демократии журнал The Economist отвел ей девятое место с конца, так как граждане здесь лишены базовых политических и гражданских свобод.

Принц Сауд ибн Абдулмохсен ибн Абдул-Азиз Аль Сауд родился в 1948 году. Он внук основателя современной Саудовской Аравии короля Абдул-Азиза Аль Сауда и племянник нынешнего главы государства короля Салмана ибн Абдул-Азиза. Принц учился в британской Королевской военной академии в Сандхерсте, у него за плечами многолетняя политическая карьера; он один из самых видных членов саудовской монаршей семьи.

В 1976 году его назначили заместителем губернатора (эмира) главной из 13 провинций королевства — Мекки. Позднее он стал фактическим главой провинции. С 1999 года Аль Сауд был эмиром провинции Хаиль — саудовской сельскохозяйственной житницы и одного из самых консервативных регионов страны.

Принц Аль Сауд входит в так называемый Совет присяги — созданный королем Абдаллой в 2007 году коллективный орган, задача которого — учитывать голоса всех ветвей саудовской королевской семьи в вопросах престолонаследия.

Примерно в одно время с появлением Совета Аль Сауд открыл двери своего дворца в Хаиле (столица одноименной провинции. — Прим. ред.) для съемочной группы Би-би-си, которая запечатлела окружающую хозяина дворца роскошь. В 2008 году Би-би-си выпустила в эфир программу, в которой показала разные эпизоды из жизни принца: выезд с семьей на барбекю в пустыню, его рабочие будни в суде эмира, участие в дозволенной исключительно мужчинам политической дискуссии, соколиная охота.

В представленной в программе беседе журналисты спрашивают Аль Сауда о строгом соблюдении в королевстве законов шариата, которое многие правозащитные объединения, например Amnesty International, а также некоторые государства — члены ООН называют жестоким и дискриминационным.

«Я считаю, что публичные телесные наказания и казни — это часть нашей религии, большинство людей согласны с такой практикой. Здесь нет тайн — это совершается публично, об этом объявляют по телевидению и радио, — заявил принц Би-би-си. — У нас нет сокрушений по этому поводу. Что касается отрубания рук [приговоренным судом ворам], то этот аспект настолько зарегламентирован, и правил тут столько, что практически это невозможно привести в исполнение… Я во власти 37 лет и еще ни разу не видел такого публичного наказания».

«Снова оговорюсь: это не значит, что мы сожалеем о таких законах, — добавил Аль Сауд. — Мы верим в наш Коран, зачем людей лишать этого?»

В тот период Саудовская Аравия пыталась показать себя страной, которая ищет более современный облик, сохраняя традиции и религиозные устои.

«Мы меняемся, но с оглядкой на желания нашего народа. Можно изменить людей лишь в той мере, в какой они сами готовы к переменам… Мы не хотим вестернизироваться», — заверил Аль Сауд.

После смерти в 2015 году короля Абдаллы на трон взошел король Салман и назначил своего сына Мухаммеда ибн Салмана министром обороны.

Получив мощные рычаги влияния, Мухаммед ибн Салман стал резко перекраивать многие привычные подходы: приказал отправить войска на войну в соседний Йемен и начал искать помощь извне, чтобы перестроить сильно зависимую от нефти экономику. Его инициативы оказались непопулярны среди членов саудовского королевского дома.

В 2017 году Аль Сауда сняли с поста эмира Хаиля и назначили советником королевского двора. Это привычная малозначимая должность для «отставников», как поясняет Стеффен Хертог, доцент кафедры политологии в Лондонской школе экономики, специалист по странам Ближнего Востока и Персидского залива.

Через два месяца после этого Мухаммеда ибн Салмана объявили наследным принцем.

Недовольство еще больше накалилось в конце 2017 года, когда роскошные номера отеля Ritz Carlton в Эр-Рияде стали местом заточения для сотен представителей политической и бизнес-элиты, задержанных в ходе широкой антикоррупционной кампании. Многим пришлось пожертвовать финансовым состоянием, чтобы вновь обрести свободу.

По словам Хертога, силовые меры «послужили централизации власти в экономической сфере, приструнили и деловую элиту, и королевских родственников с коммерческими интересами, а также пресекли часть их коррупционных практик».

Аль Сауд обеспечил себе кипрское иммиграционное разрешение (обязательное условие подачи заявки на гражданство) в июле 2017 года — через месяц после того, как Мухаммеда ибн Салмана сделали наследным принцем. В декабре Аль Сауд подал прошение о получении паспортов Кипра для себя, своей супруги принцессы Халы бинт Абдаллы А. Аль Альшейх и пятерых из десяти детей:

Как следует из попавшего к журналистам документа, чтобы выполнить «инвестиционные требования» для получения «золотых виз», Аль Сауд и его семья распорядились построить две виллы.

Необходимые вложения должны были идти через две компании — Romolo Ltd и Casipa Ltd, зарегистрированные в декабре 2016 года. Их единоличным акционером посредством двух «номинальных компаний» выступал кипрский юрист Христос Пацалидис. Он не ответил на просьбу о комментарии.

Еще одного из детей Аль Сауда, принца Абдул-Азиза, в январе 2018-го назначили директором Romolo Ltd, Casipa Ltd, а также одной из «номинальных компаний» Пацалидиса. Абдул-Азиза не было в поданном в 2017 году списке претендентов на «золотые визы».

Как считает Хертог, время, когда Аль Сауд решил получить иностранное подданство, подсказывает, что фигура нового наследного принца могла внушать ему серьезное беспокойство.

«Многие в монаршем семействе боятся Мухаммеда ибн Салмана из-за его драконовских методов», — говорит эксперт.

Изменения в Саудовской Аравии могут оказаться нелегкими для части королевского дома, полагает в свою очередь Чинция Бьянко, исследовательница и аналитик Европейского центра по международным отношениям, специалист по странам Аравийского полуострова.

«Выход наследного принца на первые роли уже давно поляризует большую королевскую семью Аль Сауд, — говорит Бьянко. — В ее “старой гвардии” представители старшего поколения крайне скептически смотрят на нынешний вектор движения страны, так как он объективно нарушает формировавшиеся десятилетиями порядки во всех сферах».

Этот слом традиций вкупе с обвалом цен на нефть вынуждает саудовских бизнесменов выводить деньги за рубеж и обзаводиться вторыми паспортами. Кипр и Мальта в этом смысле остаются самыми популярными странами.

В Саудовской Аравии двойное гражданство разрешает только лично король. Отсутствие высочайшей санкции может обернуться потерей саудовского гражданства, конфискацией активов и изгнанием из королевства.

«Маловероятно, что уже немолодой важный член королевской семьи мог иметь королевское одобрение на покупку иностранного паспорта», — считает Хертог.

В правительстве Саудовской Аравии не ответили на просьбу дать комментарий.

Хотя уже несколько известных граждан королевства запросили и получили иностранное подданство, Аль Сауд и его родные — единственные из королевского дома, о ком на этот счет есть публичные данные.

В 2015 году сыну покойного саудовского банкира Халида ибн Махфуза Абдулрахману ибн Махфузу и 36 его родственникам предоставили кипрские паспорта. В 2017 году два семейства из Саудовской Аравии, как утверждалось, получили 62 паспорта Мальты. Есть данные о том, что в тот год саудийцы составили 17 процентов новоиспеченных граждан острова.

Юрист Пацалидис, открывший, напомним, две компании, через которые Аль Сауд покупал виллы на Кипре, также представляет интересы ибн Махфуза. OCCRP выявил 17 фирм с кипрской регистрацией, в которых и Пацалидис, и Махфуз в роли директоров.

Министр иностранных дел Кипра Никос Христодулидис беседует со своим саудовским коллегой Ибрагимом ибн Абдул-Азизом Аль-Ассафом на встрече в МИДе Кипра в Никосии. Сентябрь 2019 года. Фото: Reuters/Яннис Куртоглу

Большие надежды на маленький остров

Кипрское МВД передало прошение Аль Сауда на одобрение в Совет министров и уведомило об этом парламент всего за несколько дней до официальной поездки президента острова Никоса Анастасиадиса в Саудовскую Аравию в январе 2018 года. Это был первый визит такого рода для действующего главы Кипра.

На встречах в Эр-Рияде подписали множество двусторонних соглашений, включая меморандум о взаимопонимании относительно политических консультаций между МИД обоих государств.

В отличие от других стран дружеские отношения с Саудовской Аравией, похоже, не смущают Кипр.

Королевство подверглось широкой критике, когда в 2018 году там усилился произвол и преследования мирных активистов и инакомыслящих. Также страну резко осудили в мире после того, как в ее консульстве в Стамбуле убили саудовского журналиста Джамаля Хашогги. Наследного принца Мухаммеда ибн Салмана многие называют заказчиком убийства; он это отрицает.

В сентябре 2019 года тогдашний глава МИД королевства Ибрагим ибн Абдул-Азиз Аль-Ассаф стал первым саудовским чиновником, посетившим Кипр. В январе 2020-го в Эр-Рияде его кипрского коллегу Никоса Христодулидиса принял король Салман.

«В последние месяцы можно наблюдать беспрецедентную активность в дипломатических контактах между Саудовской Аравией и Кипром, — отмечает Бьянко. — Чтобы внятно объяснить подобный интерес королевства к региону, нужно посмотреть за пределы обоих государств — в сторону Турции, а также учесть такие факторы, как энергетика, безопасность, внешняя политика и торговля.

По словам Бьянко, географическое положение Кипра как ворот в Европу и история его отношений с Турцией создают непростую геополитическую ситуацию, которая, судя по всему, играет не последнюю роль в выстраивании внешнеполитических контактов с Саудовской Аравией.

«С одной стороны, Саудовская Аравия поддерживает независимость Кипра в противовес притязаниям Турции, которая единственная признаёт независимость самопровозглашенной Турецкой Республики Северного Кипра; с другой — через дружественные контакты с Кипром саудиты могут получить шанс на улучшение отношений с Евросоюзом в целом», — полагает Бьянко.

Другие материалы по теме

We use cookies to improve your experience on our website. Find out more or opt-out. Accept