Данные утечки: экс-глава избирательной кампании Трампа Пол Манафорт участвовал в сговоре по приватизации «Укртелекома»

Американский лоббист Пол Манафорт осенью 2010 года обсуждал с партнерами в Украине возможность обратить в свою пользу торги по приватизации крупнейшего телеком-оператора страны. Об этом говорят электронные письма, попавшие в распоряжение OCCRP. Сумей тогда Манафорт привлечь нужные капиталы, сделка принеслы бы ему внушительный доход.

Однако инвесторов Манафорту привлечь не удалось, и приватизационная сделка совершилась без него. Когда же государственный «Укртелеком» в итоге перешел в частные руки, одним из покупателей, судя по всему, оказался Дмитрий Фирташ — газовый и медиамагнат. Сейчас Фирташ в Австрии пытается избежать экстрадиции в США по обвинениям в коррупции.

Сейчас Пол Манафорта, который некоторое время возглавлял президентскую кампанию Дональда Трампа, отбывает тюремный срок за налоговое и банковское мошенничество. Приговор Манафорту вынесли по итогам расследования комиссии Роберта Мюллера — по указанию Минюста США он изучал возможное вмешательство России в президентские выборы 2016 года.

Ветеран американской политики и бизнеса Пол Манафорт пользовался деловыми связями по всему миру. Его первые контакты в Украине относятся к началу 2000-х годов. Позднее он помогал сторонникам Виктора Януковича добиться его избрания президентом Украины в 2010 году.

Эта Предвыборная кампания свела Манафорта с двумя украинскими политиками: депутатом Верховной рады Юлией Лёвочкиной и ее братом Сергеем Лёвочкиным, который возглавил предвыборный штаб Януковича. Победу Януковича Манафорт и Лёвочкины недолго думая решили конвертировать в личный доход  — такой вывод напрашивается после анализа тысяч электронных писем, конфиденциально переданных OCCRP. Письма охватывают десятилетнюю историю контактов между Лёвочкиными, Манафортом и другими.

Через семь месяцев после победы Януковича Лёвочкина написала Манафорту о планах приватизации «Укртелекома» и дала понять, что их влияние на процедуру торгов может позволить заполучить компанию по весьма заманчивой цене.

«Дорогой Пол! Ниже я представила свои соображения насчет проектов, которые мы обсуждали», — указала она в письме от 13 сентября 2010 года. Письмо не оставляло сомнений в том, что высокое положение ее брата при Януковиче, вероятно, будет полезным.

«Мы можем повлиять на условия тендера. Здесь есть «пространство для маневра», — также написала Лёвочкина. В то время она не только депутатствовала в Раде, но и была делегатом Парламентской ассамблеи Совета Европы.

Как Лёвочкина сообщила Манафорту, они с братом могут «структурировать условия тендера» в свою пользу. В частности, отстранить от торгов компании, в которых у государства была четверть или более акций.

Как Лёвочкина сообщила Манафорту, они с братом могут «структурировать условия тендера» в свою пользу. В частности, отстранить от торгов компании, в которых у государства была четверть или более акций.

«Мы можем предоставить компанию, которая будет отвечать условиям тендера», — упомянула она.

Также Лёвочкина указала, что законодательная поддержка – создание фонда с задачей компенсировать убытки «Укртелекома» от работы в сельской местности – способно почти удвоить стоимость телеком-оператора примерно до четырех миллиардов долларов.

«Вы понимаете, что закон могут принять либо до приватизации, либо после нее. Я надеюсь, вы понимаете, что это значит», — писала Лёвочкина о факторе времени, который мог повлиять на планы круга «заинтересованных лиц».

Идею фонда, покрывающего убытки «Укртелекома», так и не реализовали. Но тогда, получив электронное письмо от Лёвочкиной, Манафорт отреагировал с энтузиазмом.

«Я передал всю информацию нужным людям, — ответил он в письме от 14 октября. — Завтра я созвонюсь с ними по конференц-связи и предложу встречу на следующей неделе. Цель встречи — собрать вместе участников процесса, чтобы обсудить общие условия, само предложение и следующие шаги. Кто будет на встрече с вашей стороны?»

В ответ на приглашение Манафорта Лёвочкина сообщила, что на предложенную встречу отправится Григорий Дзекон. Дзекон тогда был не кем-нибудь, а главой «Укртелекома», что указывает на него как на участника «инсайдерской» приватизационной схемы. Ранее, в электронном письме от 5 октября, Дзекон рекомендовал Лёвочкиной дозированно раскрывать потенциальным инвесторам сведения об ожидаемых условиях тендера.

«Они сразу могут что-то заподозрить», — предупреждал Дзекон.

В итоге Манафорту так и не удалось привлечь финансы, необходимые, чтобы купить «Укртелеком», хоть он и «давил» на предполагаемого инвестора в Китае. Об этом он сообщил в письме Лёвочкиной от 16 ноября. Схему приватизации телефонного оператора реализовывали без него.

Юристы Манафорта не ответили на просьбы дать комментарий.

🔗Trasta Komercbanka

Попавшая к журналистам электронная переписка также обнаруживает, что через подставных лиц Сергей и Юлия Лёвочкины владели долей в латвийском Trasta Komercbanka. Этот банк стал «базой» для российской финансовой «мегапрачечной» — гигантской теневой схемы, раскрытой журналистами OCCRP в 2014 году.

Чуть менее десяти процентов акций Trasta Komercbanka было в руках британского подданного Чарльза Триэрна.

Однако, судя по электронным письмам (в них Лёвочкины фигурируют как Джинджер и Фред), Триэрн действовал как распорядитель их «семейного офиса». Получая инструкции напрямую от Лёвочкиной, он обслуживал их офшорные фирмы, а также виллу во Франции и коллекцию произведений искусства.

Важной частью обязанностей Триэрна было любыми путями скрывать то, что Лёвочкины — бенефициарные владельцы различных активов. Для этого он и другие персоны выступали «доверенными лицами» в интересах брата и сестры.

«Нигде и ни при каких условиях не используйте имя доверителя, — инструктировал Триэрна по электронной почте один из консультантов «семейного офиса». — Любой политик три-пять поколений не должен иметь прямого отношения к бизнесу. Бенефициарным владельцем должен выступать иностранный предприниматель с хорошей репутацией».

Еще 33 процента акций в Trasta Komercbanka принадлежали Ивану Фурсину — политическому союзнику Лёвочкиных, в то время депутату Верховной рады. Вместе эти три совладельца назначали одного члена наблюдательного совета из трех человек.

Бизнес-партнер Лёвочкиных, председатель совета директоров банка Игорь Буймистер, владел долей в 43 процента.

Представляющий Лёвочкиных юрист отверг то, что они каким-либо образом нарушали закон. По его словам вопрос журналистов «лишены фактических оснований».

Триэрн не ответил на просьбы о комментарии.

Лёвочкины не только через подставных лиц владели долями в банке, где были счета российской финансовой «мегапрачечной», но и пользовались системой фирм, которая имеет отношения к массиву данных OCCRP о «ландроматах». Об этом тоже говорят материалы утечки.

К примеру, в 2010 году Триэрн инструктировал секретаря Юлии Лёвочкиной, как «правильно» составить подставной контракт, чтобы тайно перечислить деньги через новозеландскую фирму-однодневку Lynform Capital — предположительно одну из структур российской «мегапрачечной».

«Тип коммерческой операции [в фиктивном контракте] должен вписываться в заявленную деятельность компании: торговля металлом, производство мороженого — всё, как компания Lynform указала банку», — объяснял Триэрн.

Дзекон и после приватизации «Укртелекома» до 2011 года оставался его главой; более того, место в наблюдательном совете компании он занимал вплоть до 2013-го. Затем он переехал в Калифорнию, где стал соучредителем IT-компании. Журналистам OCCRP он заявил, что не может «ни опровергнуть, ни подтвердить подлинность» электронных писем из утечки. Если верить Дзекону, он ничего не знал о попытках брата и сестры Лёвочкиных повлиять на приватизацию «Укртелекома».

Сегодня Лёвочкины — депутаты Верховной рады Украины, причем Сергей — один из лидеров крупнейшей в стране оппозиционной партии. Представляющий их интересы адвокат Дэн Шефет отверг любые предположения о том, что Сергей Лёвочкин мог манипулировать процессом приватизации телеком-компании. В ответе адвоката значилось, что он «твердо, категорически и однозначно отрицает любые плохо скрываемые обвинения в данных вопросах».

В сообщении журналистам OCCRP, отправленном с ее парламентской электронной почты (в копии был указан и Шефет), Юлия Лёвочкина заявила, что никогда не писала и не видела писем, якобы отправленных с ее адреса. Утечку электронных писем она назвала попыткой «дестабилизировать политическую ситуацию в Украине через информацию, порочащую законно избранных парламентариев, и тем самым посеять распри и недоверие».

Рекламный слоган «Интернет значит „Укртелеком“» у центрального офиса компании в Киеве, июнь 2013 года. (Фото: Глеб Гаранич/Reuters) Фото:

«Мы заявили своего претендента»

Последний срок подачи заявок на участие в торгах пришелся на декабрь 2010 года.

Судя по письму Юлии Лёвочкиной Манафорту, к торгам не допустили компании, в которых доля государства составляла 25 и более процентов. Также к участию не допустили государственные и международные организации, которые уже и так контролировали четверть украинского телеком-рынка.

Эти условия исключили ряд компаний, проявивших интерес к торгам. В итоге единственное предложение поступило от Европейской корпорации приватизации и инвестиций (European Privatization Investment Corporation — EPIC), малоизвестной инвестиционной фирмы, которая базировалась в Вене. В преддверии торгов «Укртелеком» оценил свою стоимость в два миллиарда долларов, но EPIC приобрела оператора почти за минимальную ставку — 1,3 миллиарда долларов.

Тогда совладелец и управляющий партнер EPIC Петер Гольдшайдер сказал сотрудникам лондонской газеты Financial Times, что за ними не стоит никакой олигарх, что торги прошли честно.

Сейчас Гольдшайдер работает с компанией Rivada Networks, которая специализируется на беспроводных технологиях. Он сказал OCCRP, что текущее разбирательство и подписка о неразглашении не позволяют ему давать комментарии.

Но теперь у OCCRP есть основания предполагать, кто стоит за EPIC.

В ноябре 2010 года, за пару недель до приватизации, Юлия Лёвочкина написала Манафорту: «Имейте в виду, что мы заявили своего претендента. Ждать больше не было возможности».

В заявке EPIC на участие в торгах было указано, что ее выгодоприобретатели — Гольдшайдер и еще четыре основателя фирмы. Но, судя по корпоративной документации, всего через два года после покупки «Укртелекома» зарегистрированная на Кипре фирма Raga Establishment заменила EPIC в составе собственников.

Репортеры нашли схему структуры собственности, в которую входила и Raga. Схема позволяет предположить, кто стоит за офшорной фирмой. Она принадлежит тем же холдинговым компаниям, что и Group DF — конгломерат, которым владеет украинский газовый и медиамагнат Дмитрий Фирташ. У Сергея Лёвочкина есть доля в Ostchem, дочерней компании Group DF, производящей химические продукты и удобрения.

Борьба за добычу

В июне 2013 года Raga за 886 миллионов долларов продала «Укртелеком» компании System Capital Management (SCM), которая принадлежит Ринату Ахметову, одному из богатейших граждан Украины. Но сделка сорвалась, и Raga получила лишь предоплату в размере 100 миллионов долларов и подала на SCM в суды Лондона и Кипра.

В документах о ходе разбирательства есть подробности о бенефициарах множества причастных компаний: эти данные еще раз подчеркивают роль Фирташа.

6 июня 2018 года SCM опубликовала заявление, в котором говорится, что компания пыталась расторгнуть сделку, обнаружив, что Raga не выполнила условия приватизационного договора. Raga была обязана инвестировать в инфраструктуру «Укртелекома», в противном случае компанию могли передать назад в госсобственность.

В ходе судебного разбирательства против SCM Raga сообщила, что ее единственным бенефициаром на момент продажи был украинский банкир Денис Горбуненко. Это противоречило заявлениям EPIC о том, что ее бенефициары — это Гольдшайдер и его партнеры. Но в суде представитель SCM заявил, что Горбуненко — подставное лицо Фирташа.

В просочившихся электронных письмах есть и другие доказательства связи Горбуненко и Фирташа. В 2014 году Горбуненко помогал адвокатам и пресс-службе Фирташа выстроить линию защиты, когда того арестовали в Вене и обвинили в подкупе с целью получить разрешение на добычу титана в Индии.

Манафорту не удалось нажиться на махинациях с приватизацией оператора связи, но он уже не в первый раз работал с Фирташем. Судя по письмам, в 2009 году они обсуждали возможность создания международного фонда, чтобы скупать проблемную недвижимость.

В том же году Манафорт закончил письмо Фирташу на оптимистичной ноте: «Нас ждут долгие годы дружбы и сотрудничества. За нынешние и будущие успехи!»

Другие материалы по теме