Фото: Эдин Пашович

Связь с ABLV

Тринадцатого февраля 2018 года Cеть Минфина США по борьбе с финансовыми преступлениями (FinCEN) обвинила крупнейший офшорный банк Латвии, ABLV, в «узаконенном отмывании денег как основной деятельности».

Регуляторы сразу же запретили ABLV проводить трансакции с американскими долларами, а Европейский Центральный банк заморозил его переводы.

Однако суровые меры не помогли остановить деятельность кредитора благодаря усилиям Арвиса Штейнбергса, которого латвийские СМИ называют юристом International Overseas Services Inc. (IOS). Штейнбергс прибрал к рукам часть ABLV за два месяца до вмешательства США, взяв под контроль корпоративные услуги банка. Этот отдел консультировал клиентов по вопросам создания офшорных компаний и оптимизации налоговых обязательств.

Компания Штейнбергса Anderson Baltic SIA, адрес которой совпадает с адресом IOS в Риге, приобрела 60-процентную долю в ABLV Corporate Services Holding Company SIA 4 декабря 2017 года — менее чем за два месяца до того, как FinCEN перекрыла ABLV доступ к банкам-корреспондентам в долларовой зоне.

Банк неприкрыто владел холдинговой компанией и сохранил 40 процентов акций, когда в нее инвестировала Anderson Baltic, о чем свидетельствуют данные годового отчета ABLV за 2017 год.

Реклама ABLV Corporate Services обещала клиентам помощь по всем вопросам офшорного бизнеса — от выбора оптимальной юрисдикции и вида юрлица до консультаций по получению права на проживание в Евросоюзе.

FinCEN утверждает, что банк также помогал клиентам совершать мошеннические платежи по «подложным документам… высшего стандарта качества».

OCCRP попытался связаться со Штейнбергсом через Anderson Baltic, IOS и компанию Lexon Incorporations, при регистрации которой использовали адрес электронной почты IOS и номер телефона Anderson Baltic. Штейнбергс не ответил. Сообщения в «Фейсбуке» и послание, которое журналисты оставили в отеле Штейнбергса, также остались без ответа.

Обвинения

По данным FinCEN, 90 процентов клиентов ABLV были фирмами-пустышками в офшорных зонах, которые проводили высокорисковые трансакции на десятки миллионов долларов с 2012 по 2017 год.

Трансакции включали:

Масштабы бизнеса ABLV были огромны и практически сопоставимы с ВВП Латвии в 2016 году.

По состоянию на сентябрь того же года в ABLV были счета почти у 13 тысяч компаний-нерезидентов, как свидетельствуют результаты аудита, которые банк обнародовал в 2017 году. За 12 месяцев с декабря 2015 года эти клиенты получили 22,6 миллиарда евро через 593 000 безналичных переводов и заплатили 23,5 миллиарда евро контрагентам через другие 732 000 трансакций. (В 2016 году ВВП Латвии составил 25 миллиардов евро.)

Прошлогодние обвинения Минфина США против ABLV едва ли стали первыми. В 2016 году OCCRP в одном из расследований указывал, что через этот банк отмывали взятки украинских чиновников.

Банк обработал львиную долю миллиарда долларов из мошеннических кредитов, украденных из молдавского государственного банка в 2014 году, как сказано в отчете американской компании Kroll, которая расследует финансовые преступления.

По мнению компании Hermitage Capital Management, в которой работал ныне покойный юрист Сергей Магнитский, ABLV обработала 102,3 миллиона долларов, украденных в России по мошеннической схеме с налогами, которую раскрыл Магнитский.

Позже FinCEN обвинила ABLV в «использовании взяток, чтобы влиять на решения латвийских чиновников, когда дело доходило до правоприменительных действий и реальных угроз».

ABLV «активно продвигает схемы отмывания денег и обхода регуляторов среди своих клиентов и гарантирует, что сопроводительные поддельные документы, некоторые из которых подготавливают сами сотрудники банка, соответствуют самым высоким стандартам», как заявляет FinCEN.

Юристы ABLV письменно отвергли обвинения FinCEN.

«ABLV не отрицает, что бо́льшую часть истории банка его бизнес-модель включала обслуживание клиентов высокого риска в рискованных юрисдикциях. Однако на момент заявления FinCEN (февраль 2018 года) банк успешно шел по пути устойчивого снижения степени рисков», — писали американские адвокаты банка в апреле 2018 года.

Несмотря на длинный шлейф скандалов вокруг отмывания денег и всю тяжесть обвинений FinCEN, латвийские регуляторы позволили банку заявить о добровольной ликвидации. Это значило, что его акционеры, которые также руководили банком, могли контролировать процесс ликвидации.

Латвийское подразделение Transparency International раскритиковало это решение, отметив, что оно повышает риск сокрытия незаконной деятельности.

В июне 2018 года TI призвала правоохранительные органы заморозить активы ABLV и защитить все свидетельства его незаконной деятельности.

Акционеры и лица, управлявшие ликвидацией, «должны быть оповещены об обязанности сохранить и не скрывать улики, а также о возможной уголовной ответственности в случае невыполнения этих требований», как сказано в заявлении TI.

Как состоялась сделка

Девятнадцатого декабря 2017 года Anderson Baltic SIA (компания Штейнбергса, которая за две недели до этого купила 60 процентов акций ABLV Corporate Services) передала холдинг лично Арвису Штейнбергсу. В тот же день Штейнбергс передал половину акций благотворительному фонду ABLV, созданному акционерами банка Эрнестом Бернисом и Олегом Филсом.

Юридически фонд был независимой от банка организацией.

Другими словами, подразделение корпоративных услуг ABLV вышло из структуры банка в преддверии решения FinCEN, но осталось под контролем все тех же «действующих лиц». Акционеры банка оставили при себе 40 процентов акций, которые не купила Anderson Baltic Штейнбергса. Благотворительный фонд ABLV получил 30 процентов акций подразделения. У Штейнбергса осталось 30 процентов акций.

В профиле Арвидса Костомарова на LinkedIn говорится, что он руководил ABLV Corporate Services c июля 2017 года по март 2018 года. Сейчас Костомаров — один из пяти ликвидаторов, которых акционеры ABLV назначили упразднить банк.

Представитель ABLV Артур Эглитис от лица Костомарова заявил, что распродажа бизнеса корпоративных услуг была нужна, чтобы защитить банк от консультативного сектора.

Эглитис заявил, что ликвидаторы «не способны» прокомментировать бизнес-решения ABLV, сделанные до закрытия банка. Бернис и Филс не ответили на запрос о комментарии.

К главному материалу

Другие материалы по теме