Фото: Sergey Guneev/Sputnik via AP

Личный миллионер президента

Владимир Путин всегда отрицал наличие у него какого-либо серьезного богатства. Тем не менее одному из его родственников при зарплате в 8500 долларов в год каким-то образом удалось накопить активов на 573 миллиона долларов.

Российский президент Владимир Путин опровергает слухи о том, что он — одна из богатейших персон в мире.

Он даже пошутил об отсутствии потребности в деньгах. «В гробу карманов нет, деньги с собой не унесешь», — сказал он в интервью американскому режиссеру Оливеру Стоуну в документальном фильме, который вышел в этом году.

В ответ на вопрос о том, сопоставимо ли его состояние с богатствами Рокфеллеров, Морганов или Онассисов, Путин рассмеялся и ответил: «У меня нет такого богатства, о котором говорят».

Действительно, имя Путина ни разу не появлялось в каких-либо находящихся в открытом доступе документах, которые могли бы указывать на принадлежащие ему активы или офшорные компании. Согласно полученным Transparency International имущественным декларациям, у него есть весьма скромный банковский счет и другая собственность, но ни о каких шикарных яхтах и огромных виллах речи не идет. Доход Путина за 2016 год составил 8,9 миллиона рублей. Однако лишь немногие верят, что он просто скромный госслужащий. Есть свидетельства того, что он управляет своими активами с помощью гораздо более запутанной схемы.

Некоторые друзья и родственники президента никогда не занимались политикой или крупным бизнесом. Они не кичатся баснословным богатством, не занимают высоких постов и живут достаточно скромно. Тем не менее они оказываются владельцами активов на сотни миллионов долларов, но при этом порой едва могут вспомнить названия принадлежащих им компаний.

Состоятельный «специалист»

Один из них — 49-летний Михаил Шеломов, сын двоюродной сестры Путина Любови Шеломовой.

Шеломов не появляется на публичных фотографиях, о нем вообще мало что известно. Последние десять лет он работает «ведущим специалистом» в петербургском филиале госкомпании «Совкомфлот», занимающейся транспортировкой нефти и нефтепродуктов. Он сам отвечает на звонки в офис и вежливо общается с журналистами.

Субхолдинг «СКФ Арктика» не предоставляет информацию о зарплатах своих сотрудников. По данным российского сайта по трудоустройству Trud.com, обычная зарплата на подобной должности составляет порядка 40 тысяч рублей, или примерно 8400 долларов в год.

Доход совсем не выдающийся. Однако, как удалось выяснить журналистам OCCRP, за несколько лет Шеломов, по последним данным, приобрел активы на сумму 573 миллиона долларов.

Большая часть его известного состояния - акции крупных корпораций, связанных с представителями ближайшего окружения Владимира Путина. Согласно официальным данным, они принадлежат петербургской компании «Акцепт», владельцем которой является Шеломов. У этой компании нет веб-сайта, и, судя по всему, никакой коммерческой деятельностью она не занимается; похоже, она была создана исключительно для владения акциями других компаний.

Гоночная трасса

О некоторых аспектах деятельности «Акцепта» не особо осведомлен и сам Шеломов.

В конце 2016 года журналисты OCCRP выяснили, что его фирма «Акцепт» приобрела 50 процентов компании «Игоры драйв», которая занимается строительством гоночной трассы близ Петербурга, недалеко от горнолыжного курорта Игора.

Игора

Игора известен как один из любимых горнолыжных курортов Путина. По информации агентства Reuters, в феврале 2013 года там провели свадьбу его дочери Екатерины. Кроме того, многие инвесторы, вложившие средства в этот курорт, принадлежат к ближайшему окружению президента. Среди них банк «Россия», владельцем которого является старый приятель Путина Юрий Ковальчук, и офшорная компания, принадлежащая еще одному другу президента, виолончелисту Сергею Ролдугину.

О связи бизнеса Ролдугина с президентом стало известно в результате расследования «панамских документов», проведенного совместно Süddeutsche Zeitung, Международным консорциумом журналистов-расследователей, «Новой газетой» и OCCRP.

Автодром в Игоре — проект мирового класса, разработанный известным немецким архитектором Германом Тильке, который создал множество трасс «Формулы-1» по всему миру. С помощью подобных спортивных сооружений российские власти заявляют о своем положении на мировой сцене. А это весьма недешевое удовольствие. По данным «Делового Петербурга»,, стоимость строительства гоночной трассы в Игоре составит порядка 11 миллиардов рублей.

Весной журналисты OCCRP связались с Шеломовым, чтобы расспросить его о проекте, и он немало этому удивился.

«А почему вы мне-то звоните, ко мне обращаетесь?» — спросил он.

Когда журналисты напомнили ему, что его фирме принадлежит половина компании, занимающейся строительством трассы, Шеломов не стал вдаваться в подробности. «Я слышал, конечно. Слышал, но не больше».

Он рассказал, что не в курсе всех тонкостей и знает только то, что уже известно журналистам. По его словам, «там еще пустое поле», проект «все еще только на бумаге».

В интервью российскому интернет-изданию, посвященному автоспорту, один из инвесторов Шеломова и любитель автодромов Владимир Васильев сообщил, что работа над проектом началась в конце 2016 года.

Соинвесторами Шеломова на проекте строительства трассы стали два известных предпринимателя: банкир Юрий Ковальчук из ближайшего окружения Путина и тот же самый Васильев.

Ковальчук входит в список богатейших людей России по версии Forbes с состоянием в миллиард долларов. С 2014 года, как и другие соратники Путина, он находится в санкционном списке США, составленном в ответ на вторжение России в Крым.

Васильев — крупный подрядчик близкой к Кремлю госкомпании-монополиста РЖД и бывший охотничий партнер их отставного руководителя и друга Путина Владимира Якунина. За последние четыре года Васильев заключил с железной дорогой контрактов на 21,8 миллиарда рублей (по данным СПАРК).

Представители Васильева и Ковальчука не ответили на запросы журналистов о комментариях.

Откуда у этих состоятельных людей средства на строительство современной гоночной трассы, ни для кого не секрет. Но где взял такие ресурсы «ведущий специалист» Шеломов и почему ему так мало об этом известно?

Строительство гоночной трассы Игора рядом с Санкт-Петербургом. Фото: Мариа Кунле

Родственные деньги

Опираясь на находящиеся в открытом доступе документы, журналисты OCCRP посчитали стоимость активов, приобретенных компанией Шеломова «Акцепт» с 2004 года. Согласно последним данным, она составила 573 миллиона долларов, однако цена некоторых из них со временем могла поменяться.

2004 год стал важным для Шеломова.

В том году его фирма получила от панамского офшора Santal Trading Corporation заем в 18 миллионов долларов под 5 процентов. В договоре о кредитовании не указано никакого обеспечения или другой гарантии погашения займа.

Santal Trading

Ранее компания Santal Trading принимала участие в другой схеме финансирования строительства скандально известного «дворца Путина» на черноморском побережье.

Фирма получала деньги от членов ближайшего окружения Путина, в том числе от Николая Шамалова, отца Кирилла Шамалова, который женился на дочери Путина на курорте Игора. В рамках этой схемы закупалось оборудование для государственных российских медицинских центров. Шамалов и его партнеры частично направляли деньги, полученные от олигархов на покупку медоборудования, на строительство «дворца».

Эти же средства пошли на 18-миллионный заем для «Акцепта».

Об этом рассказал Сергей Колесников, бывший деловой партнер друзей президента, который уехал из России в 2010 году.

Позднее в том же году «Акцепт» приобрел небольшой пакет акций в банке «Россия», который впоследствии был увеличен до 6,1 процента.

Банк «Россия» заработал себе репутацию «банка друзей Путина» и в 2014 году вместе со своими основными акционерами Юрием Ковальчуком и Геннадием Тимченко попал под санкции США. Николай Шамалов и музыкант Сергей Ролдугин, по совместительству крестный отец дочери Путина, выступают миноритарными владельцами этого банка.

В том же году компания, связанная с банком «Россия», приобрела ценный актив — страховую группу «СОГАЗ» из структуры государственного энергетического гиганта «Газпром»..

Снимок в Google Maps бизнес-центра СОГАЗ в Санкт-Петебербурге Фото: Google

Примерно в то же время «Акцепт» приобрел 12,47 процента компании. Судя по ранее полученной «Газпромом» сумме, принадлежащие ему акции «СОГАЗа» могли стоить более 421 миллиона рублей.

Несмотря на то что «Газпром» продал «СОГАЗ», страховая группа продолжила оказывать услуги энергетическому гиганту и также продолжила расти. По оценкам «Газпромбанка», к 2013 году стоимость принадлежащего «Акцепту» пакета акций выросла до 6,17 миллиарда рублей.

Несколько лет спустя, в 2009 году, «Акцепт» стал владельцем компании «СОГАЗ-Недвижимость» — филиала «СОГАЗа», занимающегося недвижимостью и владеющего петербургским офисом «СОГАЗа» (где также были расположены офисы банка «Россия» и «Газфонда» — пенсионного фонда «Газпрома»). В начале 2010 года, по данным финансовых документов компании, стоимость ее активов составляла 1,04 миллиарда рублей. Компания была вполне успешной: с 2012 по 2016 год она заработала более миллиарда рублей. Опять же непонятно, где Шеломов и «Акцепт» взяли деньги на эту покупку.

Представители «СОГАЗа» не ответили на вопрос OCCRP о том, как Шеломов стал владельцем компании.

Один бывший банкир, пожелавший сохранить анонимность, объяснил журналистам, как люди обогащаются с помощью подобных схем:

сколотить состояние для нужного человека так, чтобы на бумаге все выглядело законно. Ему можно выдать заем, не беспокоясь о поручительстве и прочих гарантиях. А потом передать право на требование выплаты [займа] подконтрольной ему компании».

«Или же, — продолжает он, — можно выдать ему крупный кредит на покупку акций и использовать в качестве залога эти же самые акции, если известно, что их стоимость существенно возрастет за короткое время. Тогда этот человек продаст акции, вернет кредит и при этом хорошо заработает. Существует множество подобных методов».

«Платиновое» богатство

Журналисты OCCRP выяснили, что с помощью компании «Платинум», которую «Акцепт» приобрел в ноябре 2009 года, Шеломов получил еще один значительный пакет активов. Согласно финансовым документам компании, на тот момент их стоимость составляла 10,3 миллиарда рублей.

Откуда они взялись?

Оказалось, что «Платинум» был связан с братьями Аркадием и Борисом Ротенбергами — старыми приятелями Владимира Путина и двумя из крупнейших и наиболее успешных российских господрядчиков. Они — мажоритарные владельцы «СМП Банка», который после включения в санкционный список США получил поддержку от государства. Сами Ротенберги также попали в этот список вследствие своего положения в ближайшем окружении Путина.

«Платинум» входил в группу из трех компаний, связанных с «СМП Банком» Ротенберга. Эти фирмы занимались недвижимостью и водкой (кстати, эта марка водки была названа в честь Путина). Кроме того, все они были тесно взаимосвязаны путем схемы взаимного владения, у них были одни и те же учредители и руководители, а также один и тот же телефон и адрес рядом с центральным офисом «СМП Банка» в Москве.

Гендиректором «Платинума» и двух других фирм был Николай Цед — бывший научный руководитель Аркадия Ротенберга в Петербургской академии физкультуры. Сейчас Цед — глава администрации Приморского района Петербурга. Его пресс-служба отказалась отвечать на запросы OCCRP об этих сделках.

Путем приобретения «Платинума» компания Шеломова увеличила свою долю в банке «Россия».

Удивительно, что за год до приобретения «Акцептом» «Платинум», не особо известная компания, оказалась среди крупнейших кредиторов банка «Россия»: если верить отчету за второй квартал 2008 года, банк задолжал фирме 4,08 миллиарда рублей.

К третьему кварталу 2008-го задолженность была погашена, а затем «Платинум» приобрел небольшой пакет акций банка «Россия». После покупки компании эти акции также перешли к Шеломову.

Общую стоимость акций Шеломова в банке «Россия» оценить сложно, поскольку акции этого частного банка не котируются на бирже. Согласно результатам анализа, проведенного журналистами OCCRP, принадлежащие «Акцепту» 8,4 процента акций банка, в том числе пакет «Платинума» и ранее приобретенные ценные бумаги, в 2016 году могли стоить порядка 21 миллиона долларов.

Центральный офис банка «Россия» в Санкт-Петербурге, март 2014. Платёжные системы Visa и Master Card без предупреждения прекратили обслуживать транзакции клиентам банка «Россия», попавшего в санкционный список. Фото: REUTERS/Alexander Demianchuk

Представители банка «Россия» не ответили на вопросы OCCRP касательно этих сделок. Пресс-служба «СМП Банка» категорически отрицает связь между банком, «Платинумом» и двумя другими компаниями. «Нам нечего сказать о деятельности этих фирм», — сказал журналистам OCCRP пресс-секретарь банка.

В своем интервью Шеломов также не прояснил ситуацию с этими операциями и его гоночной трассой. Он отказался говорить о «Платинуме» и удивился, почему репортеров так интересуют его активы.

В ответ на замечание о том, что люди с состоянием почти в 600 миллионов долларов нечасто занимают столь скромные должности с небольшими зарплатами, он заявил, что «причины могут быть разные», не раскрывая деталей.

В предыдущем интервью «Новой газете» в 2009 году Шеломов сообщил, что «Акцепт», «можно сказать», его личный проект. И что к его бизнесу, а также его продвижению первые лица не имеют никакого отношения. Тотчас же после вопроса о том, скрывается ли за ним истинный владелец, Шеломов прервал интервью.

Другие друзья

История с Шеломовым вписывается в привычную схему. Вокруг Путина «вращается» еще много таких людей: они не являются крупными бизнесменами и не похожи на миллионеров, но при этом на бумаге им принадлежат несметные богатства, полученные от соратников президента.

Виолончелист и старый приятель Путина Сергей Ролдугин стал одним из центральных действующих лиц «Панамских документов», однако всегда отрицал, что занимается коммерческой деятельностью. Когда журналисты «Новой газеты» задали ему конкретный вопрос про его офшоры, прямого ответа Ролдугин не дал. В «панамских документах» содержатся свидетельства того, что через связанные с Ролдугиным фирмы было переведено около двух миллиардов долларов от госбанков и братьев Ротенберг.

В ту же схему вписывается и Петр Колбин. Несмотря на то что он числится в российском списке Forbes с состоянием в 550 миллионов долларов, журналисту «Ведомостей» он заявил, что он «не бизнесмен». В «Ведомостях» подтвердили, что, оказывается, Колбин ведет довольно скромный образ жизни, а в прошлом работал мясником.

Тем не менее в сентябре 2016 года, поговорив с его школьными учителями, соседями и друзьями семьи, телеканал «Дождь» сообщил, что Колбин —друг детства российского президента. Этот факт опроверг пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков.

Судя по всему, своим состоянием Колбин обязан крупному и политизированному российскому энергетическому сектору. Когда-то ему принадлежало примерно 10 процентов нефтетрейдера Gunvor, соучредителем которого выступает Геннадий Тимченко, который в какой-то момент контролировал порядка трети российской нефтеторговли.

В 2010 году оказалось, что Колбин приобрел у «Газпромбанка» 25,1% акций «Ямал СПГ», имеющего лицензию на огромное Южно-Тамбейское газовое месторождение на Крайнем Севере. Сумма сделки составила 2,6 миллиарда рублей. В 2011 году Колбин продал этот пакет акций «Новатэку» за 526 миллионов долларов, заработав на этом почти 445 миллионов долларов.

Возвращаясь к Путину

У российского президента множество друзей и соратников, чье личное состояние вполне объяснимо: среди них нефтемагнаты, руководители госкомпаний, политики и другие видные деятели.

Однако Шеломов, Ролдугин и Колбин — совсем другое дело. Несмотря на обширные активы, зачастую приобретенные через сомнительные схемы, они их не демонстрируют, живут скромной жизнью и не привыкли общаться с журналистами.

Все эти личные и семейные связи с президентом порождают очевидный вопрос. Это деньги Путина?

Когда репортер высказал такое предположение в разговоре с Шеломовым, тот ушел от прямого ответа: «Ну это ваши мысли».

Бывший сотрудник КГБ, пожелавший остаться неназванным, сказал, что Путин, будучи воспитанником КГБ, «ни за что не станет оставлять следов [например], подписей на документах, которые могут его как-то скомпрометировать, либо допустить, чтобы его имя появилось на документах о владении крупными активами. Другим российским высокопоставленным чиновникам тоже хватает ума не оставлять следов».

«Зачем это нужно, если есть доверенные лица из ближайшего окружения или дальние родственники, на которых можно все записать? И с точки зрения закона тоже все прекрасно».

Другие материалы по теме