Группировка «Америка» и безнаказанные политические убийства

Июньским днем 2002 года генерал сербской полиции Бошко Буха подходил к своему джипу на парковке ресторана в Белграде, когда вечернюю тишину разорвали звуки выстрелов. Пули попали Бухе в грудь и живот. Позже он скончался в больнице скорой помощи.

Крупный полицейский начальник, Буха незадолго до этого уволился из своего департамента, чтобы стать советником министра полиции. С ним не было телохранителей – он не думал, что у него есть враги. Видео с генералом, истекающим кровью у своей машины в ожидании скорой, потрясло страну.

Следователи быстро вычислили номера двух мобильных, которые использовались неподалеку от Бухи, когда он перемещался по своим обычным делам. Очевидно, киллеры следили за ним несколько дней.

Расшифровка разговоров по тем телефонам раскрыла подрывную структуру — террористическую ячейку, подчиненную группировке «Америка» — международному наркосиндикату с явными связями в сербских и черногорских спецслужбах и потенциальными контактами с ЦРУ.

Но, возможно, больше всего обескураживал мотив преступления: политика.

Буха пал первой жертвой спланированной кампании террора, целью которой было посеять панику среди граждан Сербии и дестабилизировать власть реформистского правительства, пришедшего на смену свергнутой диктатуре Милошевича.

Группировка «Америка» и ее союзники во власти рассчитывали набрать политический вес в Сербии и подчинить себе наркоторговлю, контрабанду сигарет и прочие нелегальные промыслы. Об этом суду потом письменно сообщили следователи.

Маститый киллер

Как выясняется из данных уголовного следствия, собранных OCCRP и KRIK, главарем ячейки киллеров — вероятных убийц Бухи — называли рецидивиста Желько Максимовича по прозвищу Мака.

В 1995 году, когда на одной из белградских улиц Максимович показывал другу пистолет, к ним подошел полицейский, после чего Максимович выпустил в него четыре пули. Потом Максимович утверждал, что принял полисмена за грабителя, и в итоге его не привлекли к суду как убийцу.

К моменту убийства Бухи в 2002 году полиция уже знала, что Максимович и его ячейка входят в орбиту группировки «Америка». Всего за год до этого добровольный информатор из группировки, которому дали кодовое имя Лаки, рассказал в деталях о ее лидерах, наркосети, «стрелках» и тесных связях группировки с разными криминальными авторитетами.

Как сообщил полиции Лаки, Максимович и другие были виновны во множестве нераскрытых убийств в Сербии в эпоху Милошевича в 90-х годах. По его словам, их жертвами тогда стали не только конкуренты-мафиози, но и два должностных лица: генерал полиции Радован Стойчич, известный как Блуто, и член партии ЮЛ (JUL) Зоран Кундак.

До сих пор единственные известные сведения о связи группировки «Америка» с официально нераскрытыми убийствами — это показания Лаки. Несмотря на его данные, серьезного полицейского расследования в отношении группировки в Сербии так и не провели.

Масштабный сговор

После убийства Бухи виновники его смерти допустили принципиальную ошибку: продолжали говорить по тем же телефонам, что и в дни, когда следили за генералом.

Как следует из материалов суда, следователи фиксировали, как говорившие по телефону планировали убийства и других крупных чиновников, бизнесменов и криминальных конкурентов. Хотя заговорщики использовали кодовые слова и особый жаргон, полиции удалось понять, что в их «расстрельном списке» была цель первой величины — премьер-министр Зоран Джинджич.

Джинджич возглавил правительство в 2001 году, после падения режима Милошевича. В числе прочих реформ он хотел учредить должности спецпрокуроров и особых судов по делам оргпреступности.

Также следователи установили, что Максимович не был боссом террористической ячейки. Эта роль принадлежала неназванному преступному авторитету из другой страны, до которого полицейская прослушка добраться не могла.

Как выяснилось из перехваченных бесед мафиози, у них в фаворе был оппонент Джинджича, сербский президент Воислав Коштуница, метивший на более влиятельный пост премьера.

В августе 2002-го, через два месяца после убийства Бухи, Максимович (полиция слушала его телефонный разговор) сообщал некой женщине в Сербии, что ему заказали убиство Джинджича и других чиновников правительства, чтобы Коштуница поднялся выше по рангу.

«Знаешь, они сказали мне, что всех этих навозных жуков (политиков) надо опылить (убить), — говорил Максимович, используя смесь кодовых слов и жаргонизмов. — Финита: Оштичава (Коштуница) должен выйти и начать другой курс… Зрика (Джинджич) уходит, и почти точно его в голову укусит пчела, это сто процентов».

По словам Максимовича, несколько террористических вылазок были необходимы, чтобы группировка взяла под контроль нелегальные бизнесы и серьезно заработала.

«Нужны прореживания (убийства), — продолжал он, — без прореживаний ничего не будет».

Максимович уверял, что группировка «заняла позиции» вокруг Коштуницы.

«Мы сейчас договариваемся с кем надо, готовим план, — добавлял Максимович. — [Коштуница] об этом не знает, он осел. Мы ставим людей вокруг него».

Но уже запланированное убийство пришлось отложить из-за одного из заговорщиков, которого он не назвал.

«Мы подобрались совсем близко к нему (Джинджичу), он был у нас на мушке даже в туалете, — хвалился Максимович. — Тут все ясно — Бог его уже не спасет. И тут она просто начала умолять меня повременить».

Готовя это убийство, Максимович позвал назад в Сербию Николу Мальковича, члена банды, которого переправили в Черногорию после устранения Бухи.

Но полиция ждала его.

«Они взяли нашу девушку, — сетовал Максимович в одном из следующих разговоров (он применял словесный бандитский код, где в речи меняют пол того, о ком говорят). — Я этого не ожидал, я дал зеленый свет ехать, и она поехала, и вот такое…»

Спецслужбы в деле

Мальковича и еще четырех сообщников группировки «Америка» арестовали в конце октября 2002 года. Максимович предпочел остаться в Черногории, вне досягаемости сербской полиции.

Аресты помогли выявить обескураживающие доказательства того, что у убийц были закулисные «друзья».

В ходе обыска дома у подельника банды Драгана Илича по прозвищу Лимар обнаружили тайник с оружием, где, в частности, были два пистолета, принадлежащие Управлению государственной безопасности (сейчас ведомство называется Агентство информационной безопасности, АИБ). Ранее Илич также передал автомат силовиков предполагаемому убийце Бухи.

Двух сотрудников АИБ, имевших доступ к этому оружию, позднее привлекли к ответственности. Всем арестованным подельникам группировки «Америка» предъявили обвинения в терроризме.

Сообщая публично об этих обысках и арестах, Джинджич сказал, что необходимость сохранить его правительство — и пресечь его убийство — перевесила призывы вести расследование дальше, пока не будут задержаны все заговорщики.

«Возможно, часть людей из этой криминальной сети по-прежнему скрываются, но я думаю, что последствия другого развития событий, особенно в том, что касается меня лично, были бы весьма негативными», — высказал мнение Джинджич.

По словам следователя по этому делу, Буху выбрали жертвой наугад из списка известных людей, связанных с правоохранителями и представлявших собой легкую мишень.

Суд над Максимовичем проходил заочно. При этом разбирательство в отношении него и его вероятных сообщников не обошлось без эксцессов.

Еще до официального обвинения, находясь в статусе свидетеля, Илич стал жертвой похитителей из противоборствующего клана «Земун», которые подвергли его жестоким пыткам. В «Земуне» хотели нанести удар по группировке «Америка», заставив Илича дать доказательства того, что это Максимович заказал убийство Бухи. Позднее в суде Илич назвал своих мучителей, однако обвинения против них в конце концов сняли.

Спустя несколько месяцев еще один план по устранению Джинджича сработал: в марте 2003 года с премьером расправился «земунский» клан, желавший сорвать полицейские мероприятия, которые готовил Джинджич. В последующие после убийства месяцы клан «Земун» разгромили силовики в ходе полицейской операции «Сабля». Двух главарей клана застрелили, а третьего осудили на максимальный срок — 40 лет тюрьмы.

В конечном итоге группировка «Америка» получила желаемое: Коштуница в 2004 году занял кресло премьер-министра при поддержке Социалистической партии Сербии. Близкие ему люди стали контролировать полицию и другие властные структуры.

Дело по статье «терроризм» против Максимовича и его сообщников трещало по швам.

Как заявили судьи на процессе, они не могут быть уверены, что записанные через прослушку голоса действительно принадлежат обвиняемым. Дело в том, что предполагаемые убийцы отказались говорить в суде, чтобы не было образцов их голоса для сравнения.

В результате всех подсудимых в ноябре 2004 года освободили.

Обвинение обжаловало решения суда, касающиеся прослушки, и в конце 2005 года назначили новое рассмотрение дела.

Однако к тому времени подозреваемые исчезли.

Вновь обретя свободу, подельникам группировки «Америка» все же пришлось принимать для себя решения в жестких реалиях своего «ремесла».

Слободан Ресимич, сообщник Максимовича и друг Мальковича, согласился сотрудничать с полицией и под присягой сообщил, как Малькович рассказал ему, что это он убил Буху и потому должен был скрыться в Черногории.

После убийства Бухи полицейская прослушка зафиксировала, как в банде Максимовича обсуждали, что нужно ликвидировать того, кто слишком много знает.

«Если маленький кролик скачет на лугу, а вы приведете на луг шакала, то маленького кролика на лугу больше не будет, ведь так?» — говорил один из людей Максимовича.

Позже в своих свидетельствах по делу Бухи Ресимич утверждал, что киллеры уже подъехали к его дому, но ему удалось скрыться на автомобиле и найти защиту у лидера клана «Земун» Душана Спасоевича.

Получается, Спасоевич спас Ресимича, однако судьи так и не приняли его показания, заявив, что они могли быть инспирированы «Земуном» с целью выставить группировку «Америка» преступниками.

Охотники превращаются в жертв

Старшие чины полиции, расследовавшие убийство Бухи, также ощутили на себе серьезный негатив после изменений во власти.

Шеф полиции Белграда Милан Обрадович — тот, кто организовал расследование, — сам оказался под арестом: его обвинили в соучастии в пытках Илича. Обрадовичу пришлось провести за решеткой два месяца, прежде чем с него сняли обвинения.

Ныне пенсионер, Обрадович отказался прокомментировать то дело, сказав, что до сих пор «ходит по краю пропасти».

Претензии Обрадовичу предъявила Генеральная инспекция МВД — полицейская структура, которую тогда возглавлял Владимир Бозович. В 2019 году Бозович стал послом Сербии в Черногории.

В 2005 году в интервью расследовательской телепрограмме «Инсайдер» Обрадович сказал, что Бозович заранее знал, что Максимовичу не вынесут приговор.

«Г-н Бозович сообщил мне… что [Максимовича] оправдают, и это он произнес за месяц или полтора до того, как вынесли вердикт. Для меня это несколько странное обстоятельство, — признался Обрадович. — То есть он меня проинформировал о том, что их отпустят, а меня признают виновным. Мне непонятно: как он мог знать об этом еще за месяц?»

Также, по словам Обрадовича, Бозович ранее работал с одним из юристов тогдашних подсудимых, что представляло собой «конфликт интересов».

В 2011 году Бозовича видели на похоронах в городе Ужице, он среди прочих пришел проводить в последний путь Бошко Радонича по прозвищу Юго — основателя группировки «Америка».

Recent stories

Мы используем файлы cookie, чтобы вам было удобнее пользоваться сайтом. Узнать подробнее или отказаться. Принять