Армения: сына посла досрочно выпустили из тюрьмы

Стало известно, что 30-летний Давид Варданян, сын посла Армении в Грузии Юрия Варданяна, осужденный в сентябре за контрабанду гашиша, был выпущен на свободу, отбыв менее половины назначенного ему судом четырехлетнего срока. К моменту вынесения ему приговора он уже почти год находился в заключении.

 В октябре 2013 года Варданян-младший пытался незаконно провезти семь граммов гашиша из Ирана в Армению через южный пограничный пункт Мегри. Наркотик он поместил в специальные микроконтейнеры, которые затем проглотил. Кроме того, некоторое количество наркотика он спрятал в принадлежащей ему ручной клади.

Как заявил официальный представитель Департамента исправительных учреждений Армении Гор Глечан, Давид Варданян получил право на условно-досрочное освобождение (УДО) за примерное поведение.

В свою очередь гражданские активисты и заключенные в Армении сетуют, что институт УДО применяется в республике без внятной системы, в результате чего, по их словам, к некоторым без видимых причин проявляется большее снисхождение, чем к другим.

К примеру, Маис Хачатрян, двоюродный брат бывшего губернатора Сюникской области Армении Сурика Хачатряна, в 2011 году был выпущен на свободу, отбыв едва ли половину из 12 лет, назначенных ему за убийство Ованеса Бадаляна.

В то же время Арам Гасоян, отсидевший за решеткой 10 лет из 14-летнего тюремного срока, уже семь раз получал отказ в УДО, хотя у него есть семья и ранее не было судимостей. При этом в критериях применения УДО предписывается, что как раз такие заключенные должны получать право на первоочередное рассмотрение прошения. Несмотря на это, власти отказываются передавать дело Гасояна в независимую комиссию по условно-досрочному освобождению.

По данным действующего в Армении Института гражданского общества, в период с 2006 по 2010 год процент удовлетворения прошений о УДО упал в республике с 22 до 7. Ранее в этом году партнер OCCRP в регионе, журналистское объединение Hetq, обратилось в местный Департамент исправительных учреждений с просьбой сообщить, какое число заключенных, подавших прошение о УДО, ежегодно предстает перед независимой комиссией. Ответ ведомства состоял в том, что там не ведут подобного учета.