Гашиш с привкусом ненависти: эхо конфликта в Западной Сахаре

В Западной Сахаре — спорной территории на Севере Африки — сохраняется напряженность с тех пор, как в конце минувшего года здесь произошел инцидент, который грозит разорвать 30-летнее перемирие и нарушить сложившиеся маршруты наркотрафика.

Hashish has long been smuggled through Western Sahara to West African markets (Photo: derwiki, Pixabay.com)Гашиш уже давно провозят контрабандой через Западную Сахару на западноафриканские теневые рынки. (Фото: 245 U.N. troops)

В Западной Сахаре десятки лет тлеет конфликт между Марокко и действующим при поддержке Алжира Фронтом Полисарио. После окончания в 1975 году колониального правления Испании он добивается создания на этой территории независимого государства для народности сахарави. В ноябре 2020 года возник риск того, что конфликт перейдет в горячую фазу: бойцы Фронта Полисарио тогда вошли в пограничное селение Гергерат в занятой солдатами ООН буферной зоне между Марокко и Мавританией.

Действия Фронта привели к геополитической коллизии и прервали циркуляцию грузов в этой части Западной Африки из-за того, что члены Полисарио заблокировали традиционные торговые маршруты. 245 солдат ООН в буферной зоне не отреагировали на эти действия, после чего туда оперативно вошли марокканские военные и ненадолго взяли ситуацию под контроль.

Но даже после вывода из зоны марокканские войска остались на ее границах и проявляют повышенную бдительность, что вызвало перебои в поставках традиционного для этого региона продукта — гашиша.

Массовое производство каннабиса в горном массиве Эр-Риф в Марокко делает страну одним из крупнейших поставщиков этого наркотика. При этом высококачественную марихуану отправляют в основном в Европу, а низкосортный гашиш уходит через юг Марокко и Западную Сахару и потом через Мавританию и север Мали на наркорынки региона Сахель. Об этом рассказал Рауф Фаррах, старший аналитик организации «Глобальная инициатива» (The Global Initiative).

«Сам Фронт Полисарио не участвует в наркотрафике», — сообщил Фаррах в беседе с OCCRP, но признал, что к этому причастны некоторые представители сахарави, тесно связанные с бойцами из Полисарио.

По его словам, у местной «властной элиты» стало меньше шансов контролировать трафик гашиша из-за «либерализации» местного рынка за последние пять лет. До этого оборот гашиша монополизировали несколько общин — например, арабская община Лахмар на севере Мали, связанная с наркоторговцами из числа марокканцев и мавританских арабов.

Как добавил Фаррах, теперь, когда всё больше участников этого промысла заводят новых партнеров, торговля небольшими объемами гашиша — 50-100 килограммов — по силам любому, у кого есть, например, зарегистрированная в Касабланке коммерческая компания, которая экспортирует продовольствие в Западную Африку.

Что касается кокаина, который транзитом уходит в Европу через Северную Африку, то с ним ситуация совсем иная.

«Однозначно, через разные части региона идут партии кокаина, однако его поставки требуют гораздо более продуманной организации, чем в случае с гашишем, хотя каналы наркотрафика схожи и стабильны», — говорит Фаррах.

«Судя по последним перехватам в Марокко, крупные объемы кокаина перевозят к побережью на юге Марокко и в Западную Сахару. Такие порты, как Дахла и Эль-Аюн, имеют стратегически выгодное расположение для нелегальной торговли», — также замечает он.

Есть тенденция к более активным манипуляциям с морскими контейнерами: таможенников в странах назначения запутывают, перекладывая кокаин из одного контейнера в другой. В прошлом для транспортировки наркотика могли бы подойти и периферийные дороги в пустыне, но нестабильность, вспышки насилия и конкуренция за конвои через Сахару и Сахель приводят к тому, что сейчас торговцы кокаином предпочитают морские маршруты из портов Северо-Западной Африки.